Молодежный инновационный вестникМолодежный инновационный вестник2415-7805Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Воронежский государственный медицинский университет имени Н.Н. Бурденко" Министерства здравоохранения Российской Федерации7585Conference ProceedingsRETROSPECTIVE ANALYSIS GENETIC DISEASES OF FAMOUS HISTORICAL FIGURESRakhimovaSofya Radikovnasofarahimova1999@gmail.comhttps://orcid.org/0000-0002-6965-0461Voronezh State Medical University named after N. N. Burdenko0209202211S22952981604202210082022Copyright © 2022, Rakhimova S.R.2022<p>The suspicion of the presence of a hereditary disease in important historical and political figures has interested researchers for many decades. Whether it was Abraham Lincoln, who suffered from Marfan syndrome, or George III, who may have become "crazy" because of hereditary porphyria, the Romanov dynasty and heir Alexei, who inherited hemophilia - all these are important issues. Physical illness can negatively affect the ability of leaders to function in the social and political sphere of their time. The article will describe an approach to medical historical analysis, including the assessment of hereditary predisposition, family history and the use of DNA technology to confirm or refute clinical suspicions.</p>history of medicinehistory of medical geneticsporphyriahemophiliagenetic diagnosisconsanguinity and diseasehuman mutationsистория медициныистория медицинской генетикипорфириягемофилиягенетическая диагностикакровное родство и болезньмутации человека<p>Составление истории болезни исторической личности начинается с оценки данных, общих для каждой индивидуальной медицинской консультации. Предположение становится индексным случаем, если имеющаяся семейная родословная указывает на наличие генетического заболевания.</p> <p>Медицинский историк должен рассмотреть все доступные записи, по своему историческому характеру часто неполные, на предмет наличия клинических симптомов, которые повторяются у других членов семьи.</p> <p>Схема классификации исторических медицинских диагнозов была изменена профессором Фредериком Холмсом.</p> <ol> <li>Определенный исторический диагноз: при наличии объективных данных, таких как вскрытие.</li> <li>Вероятный исторический диагноз: когда подробная история членов династии согласуется с известным генетическим заболеванием.</li> <li>Сомнительный: Когда семейная история не согласуется с генетическим заболеванием. Здесь важна полная родословная, поскольку генетическое заболевание может отсутствовать в одной линии и присутствовать в другой.</li> </ol> <ol start="4"> <li>Неопределенный: Когда данных недостаточно для достижения заключения относительно семейного возникновения генетического расстройства.</li> </ol> <p>Рассмотрим психические заболевания в британской королевской семье. У нескольких детей Георга III периодически возникали эпизоды физических и психических отклонений, подобных тем, что были у их отца. Королевский врач Йохан фон Циммерман писал королю: "Нам стало известно, что несколько членов королевской семьи и, в частности Его Королевское Высочество герцог Йоркский и принц Эдвард подвержены одним и тем же пароксизмам, и это вызывает у нас подозрение в наследственной предрасположенности".</p> <p>Письма от семьи и близких друзей также могут быть очень красноречивыми о болезненных состояниях великих династий. Эдвард Кентский, отец королевы Виктории, такжестрадал подобной эпизодической болезнью. За время своего долгого правления королева написала об этом буквально тысячи писем своим детям и другим родственникам, и они оказались ценными историческими первоисточниками информации. Ее дочь Виктория Аделаида, внучка Шарлотта и правнучка Феодора страдали от приступов схожего психического и физического расстройства, которые проходили, а затем повторялись. Женщины согласились с тем, что все они страдали от одного и того же заболевания.</p> <p>Даже незначительные детали семейной истории могут дать важные подсказки относительно точного диагноза наследственных заболеваний. Например, более распространенной формой гемофилии является тип А, обусловленный мутацией в гене фактора свертывания VIII. Редкая форма заболевания, тип В, возникает в результате другой мутации в гене фактора свертывания IX. Наличие эффекта отцовского возраста наблюдалось в семьях, в которых женщина наследует новую мутацию от своего отца только в случаях гемофилии В. Эдварду Кентскому было за пятьдесят, когда он стал отцом Виктории. То, что у ее сына была гемофилия, наводило на мысль, что она была носительницей редкой формы гемофилии типа В. Женщины, носители гена гемофилии, обычно не имеют характерных симптомов, но иногда могут проявлять склонность к кровотечениям. У царя Николая и царицы Александры, внучки королевы Виктории, было четыре дочери до того, как родился Алексей с нарушением свертываемости крови. Другие члены семьи отмечали, что у девочек, казалось, вытекало больше крови, чем обычно, из-за мелких порезов и царапин. У одной из них даже произошло сильное кровотечение во время обычной тонзиллэктомии. Поэтому считалось, что девочки также являются носителями гемофилии В.</p> <p>Эффекты различных методов лечения также следует рассматривать как часть ретроспективного анализа, поскольку генетические условия могут изменить нормальную реакцию на определенные лекарства. Георг III был не очень хорошего мнения о своих врачах, потому что от их лекарств ему часто становилось скорее хуже, чем лучше. Ему давали порошок Джеймса, лекарство на основе мышьяка и каломеля, изготовленное из ртути. Химический анализ образцов волос продемонстрировал повышенный уровень этих тяжелых металлов, которые, как известно, изменяют химический состав крови у людей с порфирией и вызывают симптомы заболевания. У царицы Александры также наблюдались симптомы порфирии. Ей прописали веронал, ранний барбитурат, который вызывал сильные спазмы в животе, и препараты мышьяка, которые вызывали болезненную невралгию. Принцессе Аделаиде поставили диагноз порфирия в 1940-х годах. Ее болезнь также, по-видимому, возобновилась после того, как она принимала барбитураты.</p> <p>Появление технологии ДНК в 1990-х годах предоставило историкам возможность подтверждать диагностические анализы с помощью генетических маркеров, обнаруженных в тканях человека, полученных от людей, имеющих историческое значение, или их семей. Теперь можно точно идентифицировать такие заболевания.</p> <p>Дело Анны Андерсон, которая утверждала, что она великая княгиня Анастасия и осталась в живых из семьи Романовых, было решено с использованием таких методов. Ее митохондриальная ДНК (мтДНК) была извлечена из гистологических тканей и корней волос, а затем сравнена с мтДНК из образца крови, предоставленного принцем Филиппом, герцогом Эдинбургским, который является внучатым племянником царицы Александры по материнской линии. мтДНК не совпадала. Полицейское расследование показало, что Анна Андерсон действительно была гражданкой Польши. Ее внучатый племянник предоставил образец крови, который показал мтДНК, соответствующую Анне, но не королевской линии, указывая на то, что она была самозванкой. </p> <p>Одно из первых исследований по диагностике исторического генетического расстройства включало анализ ДНК, извлеченной из высушенных фрагментов глаз Джона Далтона, который страдал дальтонизмом. ДНК продемонстрировала специфический тип расстройства, поразившего знаменитого британского химика.</p> <p>Семья Романовых погибла во время русской революции. В настоящее время идентифицированы фрагменты костей с места захоронения отдельных членов семьи и извлечена ДНК. Мутировавшие гены гемофилии В были выделены из останков царицы Александры, наследника Алексея и одной из его сестер. Это расследование подтвердило наличие редкой формы гемофилии В, унаследованной от королевской линии королевы Виктории.</p> <p>Еще один способ тщательно изучить семьи исторических деятелей, у которых, возможно, было генетическое заболевание, - это работать с оставшимися в живых родственниками. Группы поддержки пациентов и семей для лечения многих из этих заболеваний были созданы за последние два десятилетия. Члены страдающих наследственными заболеваниями семей часто интересуются своими историческими корнями и изучают свою генеалогию. Группа порфирии сосредоточила свой интерес на поиске потенциальных связей с членами британской королевской семьи, которые, как утверждается, страдали этим типом наследственного заболевания; они накопили записи о более чем 23 000 человеках. В пилотном исследовании женщина, происходящая от Эдуарда III, предоставила кровь-образец, в котором была обнаружена мутация R168L в гене PPOX , характерная для порфирии.</p> <p>Американский медицинский генетик Виктор МаКкусик заметил, что врачи, выдвигающие подозрения на наследственные заболевания, должны быть проницательными специалистами с широкими познаниями во всех сферах медицина и уметь сосредоточить свое внимание на пациенте в целом, а не только на его глазах, коже или почках. То же самое должно касаться и историков медицины, заинтересованных в определении вероятности наличия генетического заболевания у пациента и его семьи. Не рекомендуется сосредотачиваться исключительно на психическом состоянии субъекта, не изучая также физические данные и семейную родословную. Во время работы важно сохранять скептицизм, а не догматизм до тех пор, пока не будут рассмотрены все имеющиеся данные.</p>1.Porter R, editor. Cambridge history of medicine. Cambridge: Cambridge University Press; 2006. p. 83.2.Holmes F. The sickly Stuarts. Gloucestershire: Sutton Publishing; 2003. p. 5.3.Rushton AR. Royal maladies: inherited diseases in the ruling houses of Europe. Victoria, British Columbia: Trafford; 2008. p. 107.4.Rushton AR. Royal maladies: inherited diseases in the ruling houses of Europe. Victoria, British Columbia: Trafford; 2008. pp. 113–8.5.Holmes GEF, Holmes FF. William Henry, Duke of Gloucester (1689–1700), son of Queen Anne (1665–1714), could have ruled Great Britain. J Med Biography 2008; 16:44–51.6.Barrai I, Cann HM, Cavalli-Sforza LL et al. Segregation analysis of hemophilia A and B. Am J Hum Genet 1985; 37:680–99. 7 Rushton AR. Royal maladies: inherited diseases in the ruling houses of Europe. Victoria, British Columbia: Trafford; 2008. pp. 31–2.7.Vorres I. The last Grand Duchess. Toronto, Ontario: Key Porter Books; 2001. p. 115.