The problem of vicarious trauma in the modern world

Full Text

Введение. С каждым годом мир сталкивается с увеличением числа актов насилия и террористических атак, которые не только приводят к гибели людей, но и вызывают длительные психологические последствия у тех, кто стал свидетелем этих трагедий [1]. Терроризм, являясь преднамеренным актом насилия с целью запугивания и воздействия на общественное мнение, оставляет глубокий след в психике не только пострадавших, но и наблюдателей.
Теракт в «Крокус Сити Холле» в Москве, произошедший 22 марта 2024 года, стал не только трагедией для непосредственных жертв и участников, но и вызвал глубокий эмоциональный отклик у множества людей, так или иначе ставших очевидцами этих событий. В связи с этим, особое значение приобретает изучение такого явления, как «викарная травма». Викарная травма (она же травма свидетеля, травма выжившего, вторичная травма, заместительная травма) — это психологическая травма, возникающая у людей, ставших свидетелями или косвенными участниками трагических событий. К косвенным жертвам относят людей, которые стали наблюдателями теракта, крушения самолета, пожара, нападения на человека, самоубийства и других чрезвычайных ситуаций, будь то вживую или через СМИ. Также к группе риска относятся спасатели и работники, действующие в зоне чрезвычайных ситуаций, чья профессиональная деятельность связана с оказанием помощи пострадавшим.   В условиях неизвестности и ощущения неотвратимости катастрофы в обществе формируется коллективное чувство незащищенности, которое может привести к развитию затяжных состояний массовой тревоги и страха. Данные психологические состояния, усугубляемые постоянным ожиданием трагедий, нуждаются в комплексном изучении множества психологических последствий и возможных стратегий преодоления травмы свидетеля.

Целью работы является изучение психологических последствий викарной травмы у свидетелей террористических актов, а также разработка стратегий их преодоления на примере теракта в «Крокус Сити Холле».

Материалы и методы исследования. Обзор и анализ научных исследований по данной теме, обобщение и систематизация полученной информации

Результаты исследования. Симптомы викарной травмы можно разбить на три основные группы:

1. Эмоциональные симптомы включают тревожность, панические атаки, страх повторения событий, чувство вины и беспомощности. Это может привести к депрессии, агрессии и аутоагрессии.
2. Когнитивные нарушения проявляются снижением концентрации, забывчивостью и диссоциацией — ощущением отстраненности от реальности.
3. Физиологические симптомы выражаются в бессоннице, ночных кошмарах, мышечном напряжении, головных болях, расстройствах пищевого поведения и психосоматических проблемах (аритмия, скачки давления, ЖКТ-расстройства).

Викарная травма, как явление, может вызвать симптомы, схожие с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР). Важной проблемой при изучении этого явления является то, что многие исследователи по-прежнему рассматривают ПТСР как реакцию, которая развивается после личного переживания травмирующего события. Это ограничение вызвало ряд обсуждений в научном сообществе, поскольку исследования показывают, что у косвенных жертв развиваются признаки ПТСР и другие психопатологические симптомы [2].

Особое внимание следует уделить протеканию этой травмы у детей, поскольку их психика обладает высокой пластичностью, но в то же время крайне уязвима к таким глубоким потрясениям [3]. Дети, пережившие катастрофические события, могут демонстрировать широкий спектр психических нарушений  – от выраженной тревожности, депрессии, заторможенности, эмоциональной отстраненности или агрессии. Часто встречаются нарушения сна, страхи, панические атаки, навязчивые воспоминания, снижение внимания и отказ от общения. У младших школьников возможен регресс в развитии, у подростков — замкнутость, раздражительность, импульсивность и аутоагрессия. Состояние окружения (родителей, сверстников) может усугублять симптомы и приводить к вторичной травматизации.

Также Быховец Ю.В., Казымова Н.Н. (2024)  отмечают, что после теракта 22 марта 2024 года уровень переживания террористической угрозы возрос и сохраняется на таком же уровне в течение восьми месяцев [4]. К ноябрю 2024 года зафиксировано увеличение враждебности к лицам других национальностей, что связано с терактами. Авторы подчеркивают, что чрезмерный акцент на национальной принадлежности террористов в СМИ может приводить к негативным социально-психологическим последствиям, таким как ксенофобия, разобщение и снижение солидарности в обществе, что в долгосрочной перспективе ослабляет его психологическую устойчивость.

Анализ опыта специалистов  по оказанию психологической помощи показывает, что в первые сутки после теракта проводится процедура дебрифинга – структурированная беседа с пострадавшими, направленная на минимизацию вероятности развития посттравматического стрессового расстройства [5]. Дебрифинг способствует проработке тягостных мыслей, переживаний и впечатлений, снижению напряжения и чувства изоляции, а также когнитивной переоценке травматического опыта и мобилизации ресурсов. Дебрифинг проводится в атмосфере взаимной поддержки, обсуждаются факты, мысли, переживания и симптомы. Однако его эффективность требует дальнейших исследований и совершенствования методики.

В системе оказания помощи пострадавшим от террористического акта выделяются три направления:

1. Медицинское – включает лечение физических и психических последствий.
2. Социальное – направлено на реадаптацию, поддержку в юридических и бытовых вопросах.
3. Психологическое – нацелено на снижение последствий травмы и кризисного состояния.

Организация помощи основывается на принципах своевременности, комплексности, адекватности, согласованности и поэтапности. Однако работа психологов часто прерывается на раннем этапе, что снижает эффективность реабилитации. Важна системность и координация между различными службами.

Важной проблемой является то, что у многих психологов нет опыта и знаний об алгоритмах работы с такой группой людей, в частности нет универсальных средств работы с травмой свидетеля. Она может порождать ряд выраженных невротических и даже психопатологических симптомов. Поэтому психологу следует осторожно выяснить, нет ли у человека нарушений в понимании причинно-следственных связей, бредовых конструкций, пугающих образов, навязчивых мыслей и других тревожных признаков. В таких случаях необходима консультация психиатра.

Специалистами были предложены методы оказания психологической помощи жертвам  террористической атаки в «Крокус Сити Холле» [6]. Примерный алгоритм работы психолога с человеком в стадии острой травмы:

1. Подчеркнуть значимость пережитого опыта и чувств пострадавшего.
2. Выслушать рассказ пострадавшего, уточняя детали.
3. Применить технику многократного пересказа для снижения эмоционального напряжения.
4. Использовать ритмичное движение глазами для снижения тревожности.
5. Применять техники телесной терапии, расслабления и дыхательные упражнения.
6. Использовать метафорические техники.

Психологическая помощь детям и подросткам требует учета их возрастных особенностей. Их психические процессы динамичны, эмоциональные состояния лабильны, а когнитивные функции неустойчивы. Первым этапом помощи является диагностика состояния ребенка, оценка его ресурсов. Медицинская помощь необходима в первые дни трагедии при тяжелых последствиях переживания стресса. Психологи собирают информацию о событиях, в которых участвовал ребенок, анализируют семейную ситуацию. В работе с детьми используются игровые и художественные методы, техники расслабления и восстановления психофизиологической регуляции.

Опыт оказания психологической помощи жертвам теракта в первые дни после трагедии позволяет сделать следующие выводы:

1. Важно ограничить контакты с негативной информацией, переключиться на позитивные занятия.
2. Родители должны осознавать, что дети переживают травму свидетеля и нуждаются в психологической помощи.
3. Полное погружение детей в информационное пространство увеличивает риск психотравматизации.
4. Родителям важно помогать детям осмысливать ситуацию, формировать эмоциональную устойчивость.

Ключевыми условиями эффективного психологического сопровождения являются эмпатия, безусловное принятие, уважение к личностной целостности пострадавшего, активность и вовлеченность специалиста. Важно учитывать границы профессиональной ответственности, чтобы предотвратить травматизацию самого специалиста. Родственники пострадавших должны проявлять участие и терпение, поскольку эмоциональная поддержка играет важную роль в процессе реабилитации.

Повышение эффективности психологической помощи требует развития методических инструментов и организационных форм ее оказания. Для интеграции усилий специалистов необходима специализированная структура, взаимодействующая с общественными организациями и СМИ. Средства массовой информации играют важную роль в снижении деструктивного влияния терактов на общественное сознание. Важно предотвращение распространения панических слухов, формирование адекватной информированности населения и поддержание атмосферы социальной стабильности.

Спасатели, работающие в условиях чрезвычайных ситуаций, подвержены значительному психоэмоциональному стрессу и риску развития викарной травмы. Для предотвращения негативных последствий необходимо разрабатывать и внедрять комплексные меры профессионально-психологической подготовки [7]. К таким мерам относятся:

1. Развитие эмоциональной и психологической устойчивости спасателей через регулярные тренинги и психологические упражнения.
2. Формирование психологической готовности к действиям в опасных условиях, включающее моделирование экстремальных ситуаций и отработку сценариев реагирования.
3. Систематическая профессионально-психологическая подготовка, направленная на повышение уровня стрессоустойчивости и адаптивных механизмов.

Эффективная профилактика викарной травмы способствует снижению уровня профессионального травматизма, повышению работоспособности и эмоционального благополучия спасателей в условиях их профессиональной деятельности.

Заключение. Анализ показал, что викарная травма проявляется разнообразными эмоциональными, когнитивными и физиологическими симптомами, часто схожими с ПТСР. Эффективное преодоление этого состояния требует комплексного подхода, включающего индивидуальные стратегии совладания, социальную поддержку и профессиональную психологическую помощь. Полученные результаты подчеркивают необходимость дальнейшего изучения этого явления и разработки эффективных методов профилактики и интервенций для минимизации его негативного воздействия на общество.

About the authors

Stanislav Nikolaevich Khaustov

Voronezh State Medical University named after N. N. Burdenko 

Author for correspondence.
Email: stas.khaustov2005@mail.ru
ORCID iD: 0009-0007-6328-6463
SPIN-code: 7152-0760

Student

Russian Federation, 394036, Russia, Voronezh, st. Studencheskaya, 10

Grigorii Alekseevich Irin

Voronezh State Medical University named after N. N. Burdenko 

Email: iuring@icloud.com
ORCID iD: 0009-0003-2206-913X
SPIN-code: 4732-1797

Student

Russian Federation, 394036, Russia, Voronezh, st. Studencheskaya, 10

Lyudmila Evgenievna Mekhantyeva

Voronezh State Medical University named after N. N. Burdenko 

Email: medkat@vrngmu.ru
ORCID iD: 0000-0002-2439-3625
SPIN-code: 6735-7330

Scientific supervisor – Doctor of Medical Sciences, Professor, Head of the Department of Disaster Medicine and Life Safety 

Russian Federation, 394036, Russia, Voronezh, st. Studencheskaya, 10

Vladimir Pavlovich Il'ichev

Voronezh State Medical University named after N. N. Burdenko 

Email: medkat@vrngmu.ru
ORCID iD: 0000-0001-6683-257X
SPIN-code: 2696-2179

Candidate of Medical Sciences, Associate Professor of the Department of Disaster Medicine and Life Safety

Russian Federation, 394036, Russia, Voronezh, st. Studencheskaya, 10

References

Supplementary files

There are no supplementary files to display.