EMOTsIONAL'NYE RASSTROYSTVA I SINDROM NOChNOY EDY U BOL'NYKh S FUNKTsIONAL'NOY PATOLOGIEY ZhELUDOChNO-KIShEChNOGO TRAKTA: VOZMOZhNOSTI RANNEY DIAGNOSTIKI I KORREKTsII

Abstract


Изучение проблем этиологии, патогенеза и тактики ведения пациентов с синдромом функциональной диспепсии весьма актуальны. Статья посвящена результатам исследования особенностей аффективной сферы, ангедонии, хроноритмам вегетативного баланса при функциональной диспепсии, и возможностям их коррекции. У пациентов с функциональной диспепсией выявлены проявления аффективных расстройств, изменения циркадианных ритмов вегетативного баланса, артериального давления, приема пищи. Включение в комплекс лечебных мероприятий дифференцированной психофармакотерапии у пациентов с синдромом функциональной диспепсии способствует коррекции аффективных расстройств и нарушений систем адаптации, повышению эффективности терапии. Больные с синдромом функциональной диспепсии нуждаются в раннем выявлении и коррекции аффективных расстройств, нарушений систем адаптации, сна и пищевого поведения.

Full Text

Актуальность. Синдром диспепсии (CД) - органической и функциональной - в настоящее время широко распространенная патология пищеварительной системы, при этом лишь в 21 веке сформулированы четкие критерии диагноза и определенные стан-дарты лечения. Однако, результаты терапии не всегда удовлетворительны, и заболевание склонно к продолжению рецидивирования. Поэтому исследования по проблемам этиологии, патогенеза и тактики ведения пациентов с синдромом функциональной диспепсии весьма актуальны. В международных и отечественных методических рекомендациях определены позиции современной стандартной терапии СФД [2]. При этом в настоящее время среди этиологических факторов синдрома функциональной диспепсии рассматриваются в том числе и психосоциальные аспекты [2, 8]. В ряде работ отмечается, что развитию заболевания или ухудшению его течения могут предшествовать различные хронические стрессовые факторы, определенное влияние оказывают психоэмоциональная сфера. пищевое поведение, в том числе синдром ночной еды [3, 10, 11]. А среди основных патогенетических звеньев функциональной диспепсии (ФД) выделяют нарушения секреции соляной кислоты, расстройства гастродуоденальной моторики и изменение висцеральной чувствительности [2]. Однако, мероприятия по коррекции психоэмоциональной сферы пациентов предусматривается лишь как возможность повышения эффективности терапии при повторных курсах терапии, при последующих рецидивах [2, 6, 7]. Роль хронических стрессовых факторов, психоэмоциональной сферы при коморбидности К 2020 году депрессия в соответствии с текущими прогнозами экспертов выйдет на второе место в мире по показателям DALYs для всех возрастных групп и обоих полов [16]. Именно депрессию относят к числу главных причин дезадаптации в соответствии с показателями YLD (Количество лет без дезадаптации [Years Lived with Disability]), она занимает третье место среди основных факторов бремени болезни (DALYs - Годы жизни, скорректированные по дезадаптации [Disability Adjusted Life Years]) [15]. С депрессией и дезаптацией тесно связаны нарушения вегетативного гомеостаза, и эти взаимоотношения продолжают изучаться [1, 14]. Современный арсенал средств терапии депрессии включает множество эф-фективных антидепрессантов [2, 12, 13]. Но эффект лечения часто оказывается недостаточным в силу различных причин, и ФД в этом плане не является исключением. Поэтому дальнейшее изучение и поиск путей коррекции психоэмоциональных аспектов и дезадаптации при синдроме функциональной диспепсии являются весьма актуальными. Цель исследования: повышение эффективности лечения больных с синдромом диспепсии путем оптимизации комплекса диагностических и лечебно-профилактических мероприятий. Материал и методы исследования. Исследование проводилось на базе ГБОУ ВПО Воронежская государственная медицинская академия им. H.H. Бурденко Минздрава РФ и на базе ВУЗ ВО Воронежская городская клиническая поликлиника №4 в течение 5 лет. Под нашим наблюдением находились 286 пациентов в возрасте от 20 до 60 лет с синдромом диспепсии, в том числе 136 с ФД; средний возраст 46,8±4,9 года; ИМТ 26,8± 2,4. Контрольную (1-ю) группу составили 40 практически здоровых пациента. Диагноз ставился на основании проведенного стандартного обследования, стандартов диагностики и Римских критериев III (2006 г.). Всем пациентам проводилось также для оценки циркадианных ритмов суточное мониторирование АД (СМАД), вариабельности сердечного ритма (ВСР) и электрокардиография (ЭКГ) с помощью прибора «Cardio-Tens-01» («Meditech», Венгрия) с дальнейшим анализом результатов программой «Мedibase», тестирование по анкете суточного ритма приема пищи [5, 9]. В работе применялись клинико-психопатологический, экспериментально-психологический и психометрический методы исследования. Экспериментально-психологическое и психометрическое обследование включало в том числе: многофакторный личностный опросник FPI, опросник для оценки синдрома ночной еды (СНЕ) NEQ, уровень тревоги и депрессии оценивался с помощью шкал Гамильтона для оценки тревоги и депрессии (HAM-A, HAM-D). После первичного обследования выборка больных была разделена путем рандомизации на две группы - группу сравнения и основную группу. Все исследования проводили в соответствии с принципами национального стан-дарта «Надлежащей клинической практики» (Good Clinical Practice). Участники исследования были ознакомлены с целями и основными положениями исследования и подписали информированное согласие на участие. Локальный этический комитет одобрил протокол исследования. Полученные данные обрабатывали статистически с помощью программ Microsoft Excel 5.0 и Statistica 6.0 for Windows c применением параметрических и непараметрических критериев. Критический уровень значимости р при проверке статистических гипотез в данном исследовании принимали равным 0,05. Полученные результаты и их обсуждение. В соответствии с анализом полученных результатов у пациентов с СФД выявлены: cогласно статистической обработке показателей личностного профиля FPI в Т-баллах проявления личностных особенностей, обуславливающих предрасположенность к невротизации, к астении, фиксации на соматических ощущениях, развитию психосоматических расстройств, согласно шкал Гамильтона для оценки тревоги и депрессии - аффективные расстройств; изменения циркадианных ритмов вегетативного баланса, АД по данным суточного мониторирования, а также изменения циркадианного ритма приема пищи и пищевого поведения, в том числе синдром ночной еды [6, 8, 10]. Сравнительный анализ общих баллов показателей выраженности тревоги и депрессии, СНЕ у пациентов с ФД выявил достоверные отличия от контрольной группы. Нарушения циркадианного ритма питания выявлены у всех обследованных пациентов, сна - у 68%. Выраженность тревожно-депрессивных нарушений возрастала при наличии избыточной массой тела и ожирения. После первичного обследования выборка больных с СФД была разделена путем рандомизации на две группы. Пациенты 2-й группы (группа сравнения) получали в зависимости от варианта СФД ингибиторы протонной помпы в стандартных дозах или прокинетики, в частности, итоприда гидрохлорида в дозе 50 мг 3 раза в сутки в течение 4 недель. Пациенты 3-й (группы «вмешательства») группы, разделенные на три подгруппы, помимо стандартного лечения получали после консультации психиатра дифференцированную психофармакотерапию, в течение минимум 8 недель. После курса стандартной терапии статистически достоверных изменений показателей тревоги и депрессии во 2-й группе пациентов с СФД не произошло. В 3-й основной группе пациентов при анализе динамики показателей тревоги по шкале НАМ-А и депрсессии по шкале HAM-D все характеристики имели достоверные отличия на D2 от D0 и D1 (Рис.1, Рис.2). Рис.1. Динамика показателей тревоги по шкале НАМ-А. Рис.2. Динамика показателей депрессии по шкале НАМ-D. Результаты анализа общего балла СНЕ пациентов с СФД и тревожно-депрессивными расстройствами в процессе стандартного (2-я группа) и комплексного лечения с применением дифференцированной психофармакотерапии (3-я группа) представлены на Рис.3. Показатели по шкале NEQ статистически достоверно (p=0,05) позитивно менялись на D1 и D2, уменьшаясь после комплексной терапии с дифференцированной психофармакокоррекцией в 3-й группе (3 подгруппа) пациентов в отличие от 2-й группы. Рис.3. Динамика анализа общего балла по опроснику NEQ. При включении в комплексное лечение дифференцированной психофармакотерапии, таким образом, отмечено снижение выраженности СНЕ вплоть до пороговых значений по соответствующим шкалам. Это свидетельствовало о значимой положительной динамике синдрома ночного переедания параллельно с нивелированием аффективных расстройств уже через 4 недели, а через 8 недель курса комплексного лечения показатели тревоги, депрессии и синдрома ночного переедания практически не имели отличий от показателей контрольной группы. Как видно из представленных данных, значимость динамики СНЕ по сравнению с D0 на D1 достигается в 3-й группе (3 подгруппе) пациентов. В этой же подгруппе имеются достоверные отличия между данными D1 и D2. Среди пациентов 2-й группы исследуемые показатели практически не меняются в динамике стандартной терапии на D1 и D2. Полученные нами данные в отношении антидепрессивного и анксиолитического эффектов, позитивного влиянии на сон, пищевое поведение, синдром ночной еды дифференцированной психофармакотерапии согласуются с результатами предыдущих исследований [3, 12, 14]. Как показано ранее, коррекция дезадаптации, аффективной сферы, пищевого поведения способствует повышению эффективности терапии заболеваний желудочно-кишечного тракта (ЖКТ) [1, 2, 15]. Психофармакотерапия показала свою эффективность в лечении ряда хронических неинфекционных заболеваний [4, 12, 13]; для уточнения ее роли и места при СД нужны, безусловно, дальнейшие сравнительные исследования с более длительными периодами терапии и наблюдения и более значимыми и массивными выборками пациентов. Выводы. Полученные результаты свидетельствуют о целесообразности ранней диагностики и коррекции аффективных расстройств, проявлений дезадаптации, нарушений сна и пищевого поведения у больных с CФД. Включение в комплекс лечебных мероприятий дифференцированной психофармакотерапии, у пациентов с синдромом функциональной диспепсии способствует коррекции психоэмоциональной сферы, сна и пищевого поведения, повышению эффективности терапии.

About the authors

O Yu Shiryaev

Voronezh State Medical University


M M Romanov

Voronezh State Medical University


A P Babkin

Voronezh State Medical University

Email: babkinap@mail.ru

A K Zuykova

Voronezh State Medical University


References

  1. Аксенова А.М., Романова М.М. Влияние глубокого рефлекторно-мышечного массажа на регуляторные процессы у больных язвенной болезнью и сопутствующими заболеваниями желудочно-кишечного тракта.// Вопросы курортологии, физиотерапии и лечебной физической культуры. 1998. № 6. С. 24-26.
  2. Клинические рекомендации по диагностике и лечению функциональной диспепсии./ под ред. В.Т. Ивашкина, А.А. Шептулина и др. - М, 2013. - 36 с.
  3. Махортова И.С., Цыганков Б.Д., Ширяев О.Ю. Коррекция синдрома ночной еды у пациентов с тревожнодепрессивными расстройствами.// Психические расстройства в общей медицине. 2013. № 3. С. 36-39.
  4. Попов Д.В., Ширяев О.Ю., Будневский А.В. Анализ динамики тревожно-депрессивных расстройств у больных бронхиальной астмой на фоне терапии тералидженом.// Прикладные информационные аспекты медицины. 2012. Т. 15. № 2. С. 53-56.
  5. Рапопорт С.И., Романова М.М., Бабкин А.П. Суточный ритм приема пищи и вкусовая чувствительность у больных с синдромом диспепсии в сочетании с ожирением.// Клиническая медицина. 2013. Т. 91. № 9. С. 40-45.
  6. Романова М.М., Алексенко А.С. Особенности оптимизации организации школ здоровья в центре здоровья.// Вопросы диетологии. 2011. Т. 1. № 3. С. 6-7.
  7. Романова М.М., Махортова И.С., Алексенко А.С. Возможности организации школ здоровья при центре здоровья с участием психиатра и диетолога.// Прикладные информационные аспекты медицины. 2012. Т. 15. № 2. С. 61-64. (64-66)
  8. Романова М.М., Махортова И.С., Золотарёва И.В. Пищевое поведение, привычки питания и качество жизни у больных с синдромом диспепсии и ожирением.// Научно-медицинский вестник Центрального Черноземья. 2011. № 44. С. 186-190.
  9. Романова М.М., Махортова И.С., Романов Н.А. Объективизация оценки качества режима и суточного ритма питания.// Научно-медицинский вестник Центрального Черноземья. 2011. № 46. С. 25-29.
  10. Романова М.М., Махортова И.С., Бабкин А.П., Ширяев О.Ю. Анализ осо-бенностей пищевого поведения, выраженности аффективных расстройств и показателей качества жизни у больных с синдромом диспепсии в сочетании с метаболическим синдромом.// Вестник новых медицинских технологий. 2012. Т. 19. № 2. С. 197-199.
  11. Романова М.М., Погожева А.В., Гладышева Е.С., Веденина Г.Д. Особенности совершенствования медицинской помощи по профилю «диетология» в Воронежской области.// Вопросы питания. 2013. Т. 82. № 1. С. 59-63.
  12. Ширяев О.Ю. и др. Фармакологическая коррекция эмоциональных и когнитивных расстройств как перспективное направление реабилитации больных ХОБЛ./ О.Ю. Ширяев, И.В. Теслинов, А.В. Будневский, О.С. Аксенова, Д.Л. Шаповалов.// Прикладные информационные аспекты медицины. 2007. Т. 10. № 1. С. 51-54.
  13. Ширяев О.Ю., Будневский А.В., Янковская В.Л. Психосоматические аспекты терапии хронической сердечной недостаточности у больных с тревожно-депрессивными расстройствами.// Прикладные информационные аспекты медицины. 2014. Т. 17. № 1. С. 214-220.
  14. Ширяев О.Ю., Ивлева Е.И. Нарушение вегетативного гомеостаза при тре-вожно-депрессивных расстройствах и методы их коррекции.// Прикладные информационные аспекты медицины. 1999. Т. 2. № 4. С. 45.
  15. Carta MG, Aguglia E, Caraci A, et al. The use of antidepressant drugs and the lifetime prevalence of major depressive disorders in Italy. Clin Pract Epidemiol Mental Health, 2010; 6:94-100.
  16. World Health Organization. The Global burden of disease: 2004 update. World Health Organization, Geneva, 2008; p.43-51.

Statistics

Views

Abstract - 2

PDF (Russian) - 2

Article Metrics

Metrics Loading ...

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies