ROLE OF MENTAL DISORDERS CORRECTION IN THE COURSE OF ANGINA PECTORIS IN AGED PATIENTS


Cite item

Abstract

Work objective: searching and identification of psychological, psycho-social and behavioral risk factors of coronary heart disease (CHD). 147 patients above 55 years old with stable angina pectoris (functional class II-III) were involved into the examination. The criterion of alexithymia identification and grouping of patients was the index above 75 scores according to Toronto alexithymia scale. The patients were divided into three groups. The first group included the patients with alexithymia, who along with the basic treatment of stable angina pectoris were administered a two-week course of melatonin, in a daily dose of 3 mg taken before night sleep; the second group - alexithymia patients, who did not receive melatonin; the third group - patients without alexithymia, prescribed melatonin in addition to the basic therapy. After two weeks of combined treatment with melatonin statistically significant improvement have been marked of all the assessed criteria of psychological state and most criteria of objective status

Full Text

Актуальность. Развитие в последнее десятилетие превентивного направления в кардиологии выдвинуло в качестве наиболее перспективной профилактику ИБС и воздействие на факторы риска этого заболевания [1]. Принято считать, что среди факторов риска ИБС наиболее значимыми являются гиперхолестеринемия, артериальная гипертензия, ожирение, курение, малоподвижный образ жизни [1]. Однако традиционные факторы риска не позволяют объяснить всех случаев возникновения и прогрессирования ИБС в популяции [2]. В связи с этим ряд отечественных и зарубежных авторов пришли к выводу о необходимости выделения психологических, психосоциальных, поведенческих факторов риска ИБС [3, 4]. С указанной точки зрения большой интерес представляет такая психологическая характеристика больного, как алекситимия [5, 6]. Алекситимия характеризуется затруднением или неспособностью человека точно описать собственные эмоциональные переживания, трудностями определения различий между чувствами и телесными ощущениями, фиксацией на внешних событиях в ущерб внутренним переживаниям, бедностью фантазии и воображения [6-9]. Впервые концепцию алекситимичной личности и сам термин «алекситимия» предложили в 70-е годы XX столетия J.Nemiah и P.Sifneos для описания определенной совокупности эмоциональных, когнитивных и личностных признаков у пациентов психосоматических клиник (от греческого a - отсутствие, lexis - слово, thymos - чувство) [5, 6]. За прошедшие годы исследователи оценили роль алекситимии в развитии психосоматических заболеваний [6-13]. Оказалось, что она определяет многие моменты в клинических проявлениях артериальной гипертонии [14]. Среди пациентов, страдающих ишемической болезнью сердца, различной степени выраженности алекситимия встречается более чем у 50% [11, 13], но роль алекситимии в патогенезе ИБС и возможность ее коррекции остается неясной. Один из препаратов, влияющих на эмоциональную сферу - мелатонин (М) является основным гормоном, синтезируемым эпифизом в пинеалоцитах. Синтез М происходит ритмично и зависит от режима цикла свет-темнота. Максимум продукции М приходится на темное время суток. М обладает антиоксидантными и иммуномодулирующими свойствами [15-17]. Установлено, что синтез М с возрастом снижается, достигая минимума у пожилых и старых людей [16]. Применение М у пожилых больных артериальной гипертонией в дополнение к гипотензивной терапии позволило достичь лучших результатов лечения [15]. Эти данные послужили основанием для применения М в дополнение к базовой терапии стабильной стенокардией напряжения у пожилых больных, чтобы оценить роль коррекции психологических расстройств в динамике стенокардии. Материал и методы исследования. В настоящее наблюдение вошло 147 больных старше 55 лет, госпитализированных с диагнозом стабильной стенокардии напряжения (ФК II-III). Всем пациентам проводилось общеклиническое обследование с подтверждением диагноза ИБС. Диагноз стенокардии напряжения и функциональный класс по Канадской классификации устанавливался на основании клиники, ЭКГ в покое, нагрузочной пробы на велоэргометре, Холтеровского мониторирования ЭКГ. В начале госпитализации все пациенты проходили психологическое тестирование. При оценке исходного статуса мы использовали 26-пунктовую Торонтскую алекситимическую шкалу (ТАШ), анкету «Качество жизни при ИБС» (по методике Зайцева, Айвазян), анкету признаков вегетативных изменений (по методике Вейна), госпитальную шкалу тревоги и депрессии HADS. Критерием установления алекситимии и разделения больных на группы был индекс более 74 баллов по Торонтской шкале [6] в адаптации Психоневрологического института имени В.М.Бехтерева [8]. У 97 пациентов, отнесенных к группе с высоким уровнем алекситимии, индекс был от 74 до 93 баллов, а у 50 пациентов с низким уровнем алекситимии индекс был от 52 до 62 баллов. Среди больных было 67 женщин и 80 мужчин, средний возраст 65±6 лет. Больные с высоким уровнем алекситимии после анкетирования были разделены на 2 подгруппы. Первой подгруппе - 48 пациентов (26 мужчин и 22 женщины) в дополнение к базовой терапии стабильной стенокардии напряжения с применением нитратов, бета-адреноблокаторов, антагонистов кальция был назначен двухнедельный курс М в ежедневной дозе 3 мг перед сном. Во второй подгруппе - 49 больных (28 мужчин и 21 женщина) проводилось лечение стенокардии без М. Остальные 50 пациентов с низким исходным уровнем алекситимии (26 мужчин и 24 женщины) получили двухнедельный курс М. После лечения пациенты были повторно анкетированы, им также проводилось контрольное исследование объективного состояния. Исходные данные и результаты лечения обрабатывались параметрическими и непараметрическими критериями. Для выявления психологических факторов, влияющих на динамику стенокардии, проводился многофакторный пошаговый регрессионный анализ. Статистически значимыми считались значения p<0,05. Значения по группам представлены как среднее ± стандартное отклонение. Полученные результаты и их обсуждение. Обе подгруппы больных с высоким показателем алекситимии чаще отмечали приступы стенокардии, применяли больше нитроглицерина и его эффект исходно был менее выражен при равном классе стенокардии. Также, одышка у них возникала достоверно чаще, чем у пациентов с низким показателем алекситимии. Основные исходные данные по группам представлены в таблице 1. Таблица 1. Исходные данные исследованного контингента Таблица 2. Исходный психологический статус. Динамика объективного статуса в течение 2 недель была оценена дисперсионным анализом. Оказалось, что потребность в нитроглицерине (НТГ) уменьшилась у 88% пациентов с высоким показателем алекситимии после курса М, у 69% пациентов с высоким показателем алекситимии, не получавших М и у 60% пациентов с низким показателем алекситимии, получавших М. Усиление эффекта принимаемого НТГ отметили 54% пациентов с высоким показателем алекситимии после М, 33% пациентов с высоким показателем алекситимии, не получавших М и 38% пациентов с низким показателем алекситимии, получавших М. Главным критерием положительной динамики стало уменьшение частоты и изменение условий возникновения приступов стенокардии, которое наблюдалось у 98% пациентов с алекситимией после курса М, по сравнению с 59% пациентов с алекситимией, не получавших М и 62% пациентов без алекситимии, получавших М. Доля положительной динамики сегмента ST и зубца Т на ЭКГ при обычной записи и регистрации в течение суток была в 2 раза выше после применения М. При регрессионном анализе оказалось, что уменьшение частоты приступов стенокардии было достоверно связано со снижением уровня алекситимии по ТАШ, изменением уровня сна, обусловленного в свою очередь приемом М (таблица 3). Таблица 3. Факторы уменьшения частоты приступов стенокардии. Снижение потребности в НТГ оказалось также связано со снижением уровня алекситимии, уменьшением тревожности, улучшением сна и, естественно, приемом М (таблица 4). Таблица 4. Факторы снижения потребности в НТГ. Но, как было выявлено в ходе анализа, эффект НТГ усиливал только прием М (таблица 5). Таблица 5. Факторы увеличения эффекта НТГ. Условия приступов стенокардии стали иными после 2 недель лечения. Динамика приступов стенокардии была обусловлена приемом М, приводившему к снижению уровня алекситимии и улучшению качества жизни (таблица 6). Таблица 6. Факторы изменения условий приступов стенокардии. В настоящем исследовании мы показали, что добавление М к базовой терапии стабильной стенокардии напряжения у больных ИБС с высоким уровнем алекситимии на протяжении двух недель вызвало достоверное улучшение всех оцениваемых нами критериев психологического состояния и большинства критериев объективного статуса. Психологическая и объективная динамика у пациентов с высоким показателем алекситимии, не получавших М и у пациентов с низким показателем алекситимии, получавших М, были менее выраженной, и у части больных - вообще отсутствовала. На динамику приступов стенокардии повлияли снижение уровня алекситимии, улучшение сна, которые были обусловлены приемом М в течение 2 недель. Снижение тревожности, улучшение сна привели через 2 недели приема М к понижению уровня алекситимии и уменьшению потребности в нитроглицерине. Интересным фактом оказалась связь усиления эффекта нитроглицерина после приема М. Интегральная оценка качества жизни в большей степени изменилась после приема М и повлекла за собой изменение условий возникновения приступов стенокардии. Выводы. У больных ИБС алекситимия проявляется учащением эпизодов стенокардии и увеличением суточной дозы нитроглицерина, принимаемого во время приступов. Применение М у больных ИБС с алекситимией в дополнение к базовой терапии стабильной стенокардии напряжения приводит к улучшению психологических и объективных показателей. На динамику приступов стенокардии положительно влияют снижение уровня алекситимии, улучшение сна и прием М. Уменьшению потребности в нитроглицерине способствуют снижение тревожности, улучшение сна, снижение уровня алекситимии и прием М.
×

About the authors

E S Burlova

N.N. Burdenko VSMA

References

  1. Оганов Р.Г. Профилактическая кардиология: от теории к практике. Кардиология - 1999;2:4-10.
  2. Диагностика и лечение стабильной стенокардии. Рекомендации Американской Ассоциации Сердца, Американ-ского Кардиологического Колледжа и Американского Колледжа Докторов - Американского Общества Терапии. J Am Coll Cardiol - 1999;33:7, перевод с англ. В.И.Ганюкова.
  3. Kubzansky L.D., Kawachi I., Weiss S.T., et al. Anxiety and coronary heart disease: a synthesis of epidemiological psy-chological, and experimental evidence. Ann Behav Med - 1998;2:47-58.
  4. Копина О.С., Суслова Е.А., Заикин Е.В. Популяционное исследование психосоциального стресса как фактора риска сердечно-сосудистых заболеваний. Кардиология - 1996;3:53-56.
  5. Sifneos P.E. Psychotherapies for psychosomatic and alexithymic patients. Psycother Psychosom - 1983;40:1-4:66-73.
  6. Taylor G.J. Alexithymia: concept, measurement, and implications for treatment. Am J Psychiat - 1984;141:6:725-732.
  7. Bulpitt C.J., Fletcher A.E. Quality of life and the heart: evaluation of therapeutic alternatives. Brit J Clin Pract - 1994;73:Suppl.18-22.
  8. Ересько Д.Б., Исурина Г.С., Койдановская Е.В., и др. Алекситимия и методы ее определения при пограничных психосоматических расстройствах. Метод. Пособие. С-Пб - 1994.
  9. de Groot J.M., Rodin G., Olbsted M.P. Alexithymia, depression, and treatment outcome in bulimia nervosa. Compr Psy-chiat - 1995;36:1:53-60.
  10. Taiminen T.J., Saarijarvi S., Helenius H. et al. Alexithymia in suicide attempters. Acta Psychiat Scand - 1996;93:3:195-198.
  11. Грекова Т.И., Провоторов В.М., Кравченко А.Я., Будневский А.В. Алекситимия в структуре личности больных ишемической болезнью сердца. Клин мед - 1997;11:32-34.
  12. Провоторов В.М., Чернов Ю.Н., Лышова О.В., Будневский А.В. Алекситимия. Журнал неврологии и психиатрии - 2000;6:66-70.
  13. Провоторов В.М., Будневский А.В. Кравченко А.Я., Грекова Т.И. Психосоматические соотношения у больных ишемической болезнью сердца с алекситимией. Кардиология - 2001;2:46-49.
  14. Лышова О.В., Провоторов В.М., Чернов Ю.Н. Особенности клинических проявлений гипертонической болезни при алекситимии. Кардиология - 2002;6:47-50.
  15. Заславская Р.М., Комаров Ф.И., Гончаров Л.Ф., и др. Сравнительная оценка эффективности монотерапии козаа-ром и сочетанной терапии козааром и мелатонином больных пожилого возраста с гипертонической болезнью. Клин мед - 1998;12:49-51.
  16. Рапопорт С.И., Шаталова А.М. Мелатонин и регуляция деятельности сердечно-сосудистой системы. Клин мед - 2001;6:4-7.
  17. Диже Г.П., Дятлов Р.В., Диже А.А., и др. Тироидные гормоны и мелатонин как средства антиоксидантной тера-пии. Анестезия и реаниматология - 2001;4:43-49.
  18. Taylor G.J., Ryan D., Bagby R.M. Toward the development of a new self-report alexithymia scale. Psychother Psychosom 1985;44:4:191-199.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies