ON THE ISSUE OF SOCIAL ANXIETY AND EATING DISORDERS STUDENTS

Abstract


We estimated prevalence of social anxiety disorder (SAD. and eating disorders (ED. in Voronezh Medical University students. Eating disorders were represented as restrained eating (uncontrolled diets, fasting in order to decrease weight, frequent fasting days. , external eating (eating for company, or eating food under the influence of a delicious smell, appetizing appearance, advertising. , emotional eating (eating in a stress condition, eating against a background of strong emotions. . The study was conducted among students of first, third and fifth years of education. Overall, were included 1166 participants of various departments. The prevalence of anxiety and eating disorders was estimated with Liebowitz social anxiety scale (LSAS. and The Dutch Eating Behavior Questionnaire (DEBQ. . Were studied questions of the prevalence of social anxiety and eating disorders in different years of education, was analyzed gender ratio of the respondents.

Full Text

Актуальность. Распространенность тревожно-депрессивных расстройства возросла во всем мире в последние десятилетия (Stein DJ, Lim CCW, 2017) [4]. Bandelow B, Michaelis S в своем исследовании (2015) приводят данные о том, что 33,7% населения мира страдают тревожным расстройством в течение своей жизни [5]. Затраты системы здравоохранения на лечение тревоги очень значительны. Согласно исследованию, проведенному Wallace K, Zhao X, Misra R в 2018 году, на лечение взрослых, страдающим как депрессией, так и тревогой, выделено 28 832 доллара на человека в год, за ними следуют пациенты с депрессией (19 648 долларов) или тревогой (16 990 долларов) [6]. По данным Zeng W, Chen R (2019), Baartmans JMD (2020) распространенность проблем психического здоровья у студентов-медиков постоянно растет и превышает распространенность проблем психического здоровья у студентов других специальностей, что может привести к нежелательным последствиям для самих студентов и их будущих пациентов [7]. Метаанализ, проведенный Zeng W, Chen R, Wang X et al (2019), включал десять кросс-секционных исследований с участием 30 817 китайских студентов медицинских ВУЗов. Распространенность депрессии, тревоги, суицидальных мыслей и расстройств пищевого поведения (РПП) составила 29%, 21%, 11% и 2% соответственно [7]. Согласно метаанализу, проведенному Kerr-Gaffney J, Harrison A (2018), социальное тревожное расстройство (СТР) является одним из наиболее распространенных коморбидных заболеваний при РПП с распространенность от 16 до 88,2% при нервной анорексии и 17-67,8% при нервной булемии, в то время как пожизненная распространенность СТР в популяции без РПП составляет 12% [8] Социальная тревожность и расстройства пищевого поведения (нервная анорексия, нервная булимия) связаны со значительным риском снижения качества жизни студентов вузов, что может привести к нарушению психологической и социальной адаптации [1]. Университетское образование часто приводит к формированию социальной тревожности и расстройств пищевого поведения. Первые проявления различных невротических расстройств связаны именно с этим периодом жизни [1,2]. Социальная тревожность у студентов иногда приводит к формированию алкогольной и наркотической зависимости. [3]. На сегодняшний день тематика коморбидности социальной тревоги и расстройств пищевого поведения среди студентов-медиков остается малоосвещенной и актуальной проблемой психиатрии. Целью данного исследования является оценка распространенности социальной тревоги и пищевых нарушений среди студентов ВГМУ им Н.Н. Бурденко. Материал и методы исследования. Исследование проводилось среди 1166 студентов первого, третьего и пятого курсов различных факультетов Воронежского государственного медицинского университета. Распространенность тревожности и расстройств пищевого поведения оценивалась с помощью шкалы социальной тревожности Либовица (LSA) и Голландского опросника пищевого поведения (DEBQ). Нарушения пищевого поведения, согласно DEBQ, представлены в виде трех типов нарушения пищевого поведения: эмоциогенного («заедание» стресса, депрессии, употребление пищи после плохих новостей, неудач); ограничительного (строгие диеты в целях похудения, моно-диета, продолжительное голодание); экстернального (еда за без аппетита за компанию, невозможность устоять перед запахом или видом вкусной еды, потребление избыточного количества пищи за праздничным застольем). Полученные результаты и их обсуждение. По результатам исследования, у 46% студентов, принявших участие в исследовании, не было выявлено симптомов социальной тревожности. Низкий уровень социальной тревоги диагностирован у 30%, умеренный - у 16%, выраженный - у 6%, Высокий уровень СТР выявлен только у 2%. Среди участников первого курса (n=388) 38% не имели каких-либо симптомов социофобии. Низкий уровень социальной тревоги диагностирован у 30%, умеренный - у 22%, выраженный - у 6%, высокий - у 4%. Среди студентов третьего курса (n=380) 42% не имели признаков наличия СТР. Низкий уровень социальной тревоги выявлен у 32%, умеренный - у 16%, выраженный - у 8%, высокий - у 2%. Среди студентов пятого курса (n=398) 56% не имели признаков СТР. Симптомы низкого уровня социальной тревожности выявлены у 30%, умеренного - у 10%, выраженного - у 4%. В этой группе не было обнаружено признаков высокого уровня тревожности. Таблица 1. Распределение респондентов по полу Пол абс. % Жен 917 78,6% Муж 249 21,4% Соотношение респондентов по полу (Таблица 1) составило: девушек - 78.6% (917 человек), юношей - 21,4% (249 человек). Таблица 2. Средний балл DEBQ участников в зависимости от курса обучения Курс Ограничительное поведение Эмоциогенное поведение Экстернальное поведение 1 2,02±0,01 1,65±0,01 2,19±0,02 3 2,15±0,01 1,7±0,01 2,27±0,01 5 2,49±0,015 2,05±0,01 2,29±0,01 Средний балл, полученный при обработке результатов опроса респондентов в зависимости от курса обучения с использованием шкалы расстройств пищевого поведения DEBQ (Таблица 2), составил: для первого курса - ограничительное поведение - 2,02±0,01, эмоциогенное - 1,65±0,01, экстернальное - 2,19±0,02. Для третьего - 2,15±0,01, 1,7±0,01, 2,27±0,01 балла соответственно. Для пятого - 2,49±0,015, 2,05±0,01, 2,29±0,01 балла соответственно. Выводы. Признаки социальной тревоги и расстройств пищевого поведения были выявлены более чем у половины участников (54%). Большинство студентов имели низкий и умеренный уровень социальной тревожности. Тревожность была ниже у студентов пятого курса. Высокий уровень социальной тревожности выявлен у студентов первого и третьего курсов. Необходимы дополнительные исследования социальной тревоги и расстройств пищевого поведения у студентов медицинских вузов.

About the authors

S. O Afanasyev

Voronezh N.N. Burdenko State Medical University

Email: af.serg93@yandex.ru

E. B Gayvoronskaya

Voronezh N.N. Burdenko State Medical University

Email: elengayv@mail.ru

References

  1. Краснова В.В. Социальная тревожность и ее связь с эмоциональной дезадаптацией, уровнем стресса и качеством интерперсональных отношений у студентов / Краснова В.В.,Холмогорова А.Б. // Вопросы психологии. - 2011. No3. - С. 49-58 @@ Krasnova V.V. Holmogorova A.B. Social anxiety and its connection with emotional inadaptation, stress level and interpersonal relationships quality in students // Voprosy Psychologii. - 2011. №3. - P. 49-58
  2. Ширяев О.Ю. К вопросу о выявлении личностных особенностей зависимости от ПАВ студентов медицинских вузов Воронежа и Ростова / О.Ю. Ширяев, И.Э. Есауленко, Е.А. Семенова, Научно-практический журнал, Т. 21, № 2. 2018 год 10 В.В. Харин // Системный анализ и управление в биомедицинских системах. 2017. -Т. 16. № 1.-С. 196-205. @@Shiryaev O.Y. On the issue of identification of personal features of dependence on the surfactant of students of medical universities of Voronezh and Rostov/O.Y. Shiryayev, I.E. Esaulenko, E.A. Semenova, Scientific and Practical Journal, Vol. 21, № 2. 2018 10 V.V. Harin//Systems Analysis and Management in Biomedical Systems. 2017. - T. 16. № 1.- C. 196-205.
  3. Stein DJ, Lim CCW, Roest AM, de Jonge P, Aguilar-Gaxiola S, Al-Hamzawi A, Alonso J, Benjet C, Bromet EJ, Bruffaerts R, de Girolamo G, Florescu S, Gureje O, Haro JM, Harris MG, He Y, Hinkov H, Horiguchi I, Hu C, Karam A, Karam EG, Lee S, Lepine JP, Navarro-Mateu F, Pennell BE, Piazza M, Posada-Villa J, Ten Have M, Torres Y, Viana MC, Wojtyniak B, Xavier M, Kessler RC, Scott KM; WHO World Mental Health Survey Collaborators. The cross-national epidemiology of social anxiety disorder: Data from the World Mental Health Survey Initiative. BMC Med. 2017 Jul 31;15(1. :143. doi: 10.1186/s12916-017-0889-2. PMID: 28756776; PMCID: PMC5535284.
  4. Bandelow B, Michaelis S. Epidemiology of anxiety disorders in the 21st century. Dialogues Clin Neurosci. 2015 Sep;17(3. :327-35. PMID: 26487813; PMCID: PMC4610617.
  5. Wallace K, Zhao X, Misra R, Sambamoorthi U. The Humanistic and Economic Burden Associated with Anxiety and Depression among Adults with Comorbid Diabetes and Hypertension. J Diabetes Res. 2018 Oct 24;2018:4842520. doi: 10.1155/2018/4842520. PMID: 30474044; PMCID: PMC6220385.
  6. Zeng W, Chen R, Wang X, Zhang Q, Deng W. Prevalence of mental health problems among medical students in China: A meta-analysis. Medicine (Baltimore. 2019 May;98(18. :e15337. doi: 10.1097/MD.0000000000015337. PMID: 31045774; PMCID: PMC6504335.
  7. Kerr-Gaffney J, Harrison A, Tchanturia K. Social anxiety in the eating disorders: a systematic review and meta-analysis. Psychol Med. 2018 Nov;48(15. :2477-2491. doi: 10.1017/S0033291718000752. Epub 2018 Apr 10. PMID: 29631640.
  8. Baartmans JMD, van Steensel FJA, Mobach L, Lansu TAM, Bijsterbosch G, Verpaalen I, Rapee RM, Magson N, Bögels SM, Rinck M, Klein AM. Social anxiety and perceptions of likeability by peers in children. Br J Dev Psychol. 2020 Jun;38(2. :319-336. doi: 10.1111/bjdp.12324. Epub 2020 Feb 16. PMID: 32064647; PMCID: PMC7216937.

Statistics

Views

Abstract - 3

PDF (Russian) - 1

Article Metrics

Metrics Loading ...

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies